Торговые войны, которые в последнее время стали частью новой экономической реальности, не обошли стороной российскую трубную отрасль. О том, как вести бизнес в сложившейся ситуации, о возможных последствиях усиления протекционизма, а также о ситуации на внутреннем рынке, оптимальной загрузке мощностей по выпуску ТБД и точке безубыточности для нефтяников США и Канады в интервью "Интерфаксу" рассказал основной акционер и председатель совета директоров "Трубной металлургической компании" (ТМК) Дмитрий Пумпянский.
- Торговые войны и их последствия - одна из наиболее актуальных тем мировой повестки. Насколько серьезное влияние может оказать сложившаяся ситуация на международную торговлю?
- Ограничительные, протекционистские меры отдельных стран зачастую противоречат правилам ВТО, на которые мы все привыкли ориентироваться, в частности, Россия как член этой организации.
Последние инициативы администрации США по защите своего рынка и выравниванию торгового баланса, в первую очередь с Китаем и Европейским Союзом, дестабилизировали ситуацию. Эти меры отличаются от принятых в рамках ВТО: это дополнительные меры и, разумеется, они повлияли на двустороннюю торговлю США со многими странами. В ответ эти страны вынуждены вводить свои ограничительные меры.
В результате страдает бизнес. Это то, о чем говорят многие бизнесмены и говорят совершенно справедливо. Бизнес всегда выступает за свободу и развитие торговли, против торговых границ.
- Введенные США заградительные меры на стальную продукцию скорректировали деятельность ТМК?
- ТМК - российская глобальная компания с производственными мощностями в шести странах мира. Мы производим продукцию не только в РФ, но и в ЕС, в США, где мы являемся одним из крупнейших производителей труб для нефтяников и газовиков (так называемых труб OCTG). У нас есть производство в Казахстане, Омане, небольшие мощности в Канаде.
Естественно, производя и торгуя по всему миру (мы сегодня поставляем продукцию в 80 стран), мы приветствуем стабильность правил, предсказуемость международной торговли.
Мы не работаем по спотовым контрактам. Как правило, с крупнейшими потребителями у нас долгосрочные контракты на несколько лет. А это практически все мировые нефтегазовые компании: и транснациональные, и национальные. Предсказуемость на рынке - самое важное.
Но на данный момент для нас, как для глобального игрока, я большой проблемы не вижу. Если бы мы были компанией с производством в одной стране мира, и все рынки перед нами последовательно захлопывались, было бы неприятно.
ТМК - домашний производитель на нескольких рынках, и наши местные производства получают от сложившейся ситуации определенную выгоду.
- Речь идет, в первую очередь, об американском подразделении?
- Не только. Хотя результаты нашего американского дивизиона за 2018 год значительно лучше, чем за 2017 год. Это не только влияние секции 232 "Акта о расширении торговли и введения пошлин на сталь". В большей степени на наших показателях благоприятно сказалось восстановление спроса со стороны местных американских потребителей.
В прошлом году потребление труб на американском рынке выросло фактически в полтора-два раза. И это был главный драйвер спроса на рынке и, соответственно, нашего успеха.
Но и заградительные пошлины принесли определенную выгоду нашему бизнесу в США: подросли цены на выпускаемую нами продукцию внутри страны.
- На экспорте ТМК в США, куда компания поставляет свою продукцию, пошлины тоже не отразились?
- Мы продолжаем поставлять нашу продукцию - как готовые изделия, так и трубы под нарезку - на американский рынок и платим пошлину. При этом рентабельность благодаря тому, что цены на рынке США выросли, остается примерно на таком же уровне.
- А что с европейскими предприятиями?
- В ЕС у нас собственное производство - в Румынии. Мы не видим большой необходимости туда экспортировать из России. Румынский актив успешно работает, показывает отличную динамику, обслуживая европейские рынки и поставляя продукцию за пределы ЕС.
- Не может ли в результате переориентации торговых потоков на российский рынок хлынуть китайский или какой-то другой импорт? Или пошлина на китайскую трубу сводит к минимуму вероятность такого развития событий?
- У нас не очень высокая импортная пошлина на трубную продукцию. При вступлении России в ВТО она была 15%, а сейчас - в среднем 5-7,5%. Кроме того, на отдельные виды китайских труб нефтегазового сортамента по доказанным фактам недобросовестного импорта Евразийская экономическая комиссия применяет антидемпинговые пошлины.
Безусловно, некая опасность переориентации торговых потоков и роста поставок трубной продукции в РФ с третьих рынков существует. Но сегодня российские производители обладают необходимым количеством современных высокотехнологичных мощностей, которые обеспечивают массовое производство трубной продукции в достаточном количестве и соответствующего качества.
Если "Газпром" , как крупнейший потребитель труб большого диаметра (ТБД) в РФ, еще в конце 90-х покупал около 60-70% за рубежом, то сейчас доля импорта ТБД сведена к нулю.
Я считаю, что наш внутренний потребитель надежно защищен теми инвестициями, которые сделала российская трубная промышленность - ТМК в частности - в развитие трубной отрасли. Мы в состоянии удовлетворить потребности покупателей в любых отраслях - и по физическим объемам, и по качеству, и в ценовом диапазоне.
И еще, если мы говорим про китайскую трубу... Мы успешно конкурируем с китайским импортом и на рынке Казахстана, где, кстати, тоже являемся местными производителями. И российская труба там применяется и пользуется популярностью.
Благодаря новым технологиям и ослаблению курса рубля, которое наблюдалось в предыдущие годы, себестоимость нашей продукции на сегодняшний день одна из самых низких в мире.
Плюс к тому, местные производители всегда имеют логистическое преимущество. Наверное, можно заказать такую же трубу в Китае, но доставка увеличивается на несколько месяцев и цена не будет дешевле.
- Если вопрос импортозамещения полностью решен, то что будет следующим этапом развития отрасли?
- Сегодня мы уже говорим не об импортозамещении, а об импортоопережении: совместно с нашими потребителями (это и "Газпром", и "Роснефть" , и другие крупные российские и международные нефтегазовые компании) мы разрабатываем те виды продукции, которые понадобятся при освоении новых месторождений с осложненными условиями добычи.
Мы видим свое будущее в дальнейшем улучшении сервиса для потребителей, развитии совместных разработок, управлении складскими остатками, супервайзинге спуска колонн, участии в проектировании новых объектов на ранних стадиях, а также в комплексном освоении месторождений.
Например, с "Газпромом" по договору о "будущей вещи" мы работаем над освоением Ковыктинского, Чаяндинского месторождений, проектируем разработку скважин, которые будут до 2025-2026 годов. Уже сейчас нам понятно, какие специальные свойства труб там понадобятся: группа прочности, марка стали и т.д. Заказчики со своей стороны активно поддерживают такую интеграцию. Поэтому мы достаточно уверенно чувствуем себя на российском рынке.
- То есть можно утверждать, что ТМК от растущего мирового протекционизма защищена?
- Сегодня наши позиции на рынке достаточно серьезные. Но если протекционизм будет и дальше расти, то, конечно, Российской Федерации нужно будет думать о защите своих внутренних производителей.
Если будут вводиться аналогичные запретительные меры на других рынках, тогда мы сможем наблюдать приток импорта, который не будет находить себе применения на традиционных рынках. Тогда будут и демпинговые цены. В таком случае, конечно, надо защищаться. Но пока мы с этим справляемся.
- Прошлый год, судя по опубликованным операционным показателям, был для компании достаточно успешным. Какие вы закладываете прогнозы на этот год?
- Плановые процессы бюджетирования в нашей компании начинаются с сентября, и прогнозы по отрасли на текущий год у нас уже заложены в соответствующую программу развития. Задачи и цифры по выпуску трубной продукции на 2019 год у нас выше, чем были на 2018 год.
Мы прогнозируем рост мирового спроса на трубы OCTG (которые являются нашим ключевым продуктом) в 2019 году на уровне 4-5%.
В РФ, я думаю, это будет повышение на 2-3%. Причем в России основной прирост придется на второе полугодие. В первом - наблюдается определенный спад спроса, что соответствует нашим прогнозам.
- А американский рынок?
- Он менее предсказуем и более волатилен, чем, например, российский рынок или рынки стран Персидского залива и некоторых других нефтедобывающих регионов.
Американский рынок потребления труб OCTG сильно подвержен влиянию изменений цен на нефть.
Однако мы привыкли работать в такой ситуации и в целом ожидаем, что рынок США в этом году по трубам нефтегазового сортамента вырастет. Наш прогноз достаточно осторожный, но мы считаем, что потребность в OCTG в течение этого года будет больше, чем в прошлом. На сколько процентов - не могу сказать. Хотя спрос в первом полугодии может быть меньше, чем в среднем по году. Ожидаем также прирост во втором полугодии.
- Что еще может оказать поддержку спросу на OCTG на американском рынке?
- Существенное влияние будет оказывать стоимость нефти. Если будет стабилизация цен на нефть в мире и, соответственно, на рынке США, то спрос на OCTG, естественно, увеличится.
- При каком уровне цены на нефть можно будет наблюдать уверенный спрос?
- Цена WTI выше $55 за баррель - это хороший сигнал для рынка. Тогда нефтяные и газовые компании в США начнут наращивать объемы бурения и инвестировать в новые месторождения. При такой цене практически можно говорить о прохождении точки безубыточности для большинства нефтяных месторождений США и Канады. А если они будут инвестировать, то, соответственно, им понадобятся трубы.
- В прошлом году в России вырос спрос на ТБД, по разным оценкам - на 20-30%. Что будет с потреблением на российском рынке ТБД в этом году, ведь основные проекты, которые поддерживали спрос на трубы большого диаметра, уже завершены?
- На мой взгляд, в прошлом году не было существенного роста спроса. Надо смотреть не на разыгрываемые тендеры, а на потребление в текущем году.
Магистральные газопроводы "Газпрома" - это 70% рынка ТБД. Трубы нужны не только под новые проекты, но и для ремонта на существующих газопроводах.
Вторым крупным игроком на рынке ТБД является "Транснефть", которая также поддерживает рынок. Есть и другие крупные нефтяные и газовые компании, ЖКХ, теплотрассы, которые тоже являются потребителями таких труб.
По разным оценкам, усредненный спрос на ТБД на внутреннем рынке составляет 2 млн тонн в год.
- Это достаточные объемы для трубных компаний?
- Когда спрос больше 2 млн тонн - это уже считается удачным годом для производителей ТБД в нашей стране, когда меньше 1,5 млн - неудачный. Речь, разумеется, идет об использовании труб на внутреннем рынке России, без учета экспортных поставок на проекты за пределами страны.
На моей памяти были годы, когда и более 3 млн тонн в год потреблялось. Но в ближайшие годы, хотя основные проекты уже закончились (сделаны поставки на "Силу Сибири", на "Северный поток"), тем не менее, я думаю, спрос будет достаточно стабильным.
- Но одни ремонты не смогут оказать существенную поддержку спросу на ТБД?
- Наши потребители - и "Газпром", и "Транснефть" - на месте не стоят, они развиваются. Сегодня трубопроводный газ - самый выгодный, несмотря на растущую долю СПГ.
Роль трубопроводного газа в перспективе все равно будет очень большой. "Газпром" делает ставку именно на трубопроводы: идет строительство "Северного потока 2", запущена вторая ветка "Турецкого потока", обсуждается возможность "Южного потока", второй нитки "Силы Сибири", ряда новых проектов "Транснефти" . Соответственно, спрос на ТБД точно будет.
Мы чувствуем себя уверенно, думаем, что наши мощности в ближайшие годы будут загружены процентов на 60-70.
- Вы считаете это достаточной, оптимальной загрузкой?
- Мощности на 100% загружены бывают только в пиковые периоды спроса. Для такого вида производства как ТБД загрузка 70% - очень хороший показатель. Производительность зависит от различных партий, различных марок стали, размеров трубы, толщины стенок и других факторов.
Я думаю, в ближайшем будущем у ТМК загрузка мощностей по производству ТБД останется на таком же уровне.
- Какой будет в этом году отгрузка ТБД у ТМК?
- Мы в 2019 году прогнозируем определенный рост наших отгрузок по сравнению с 2018 годом.
- Существующая на данный момент дивидендная политика и привязка выплат к чистой прибыли устраивает акционеров? Не планируется ее пересмотр?
- Совет директоров, особенно независимые директора, очень внимательно и скрупулезно подходит к решениям по выплате дивидендов. Наша дивидендная политика определяет их размер как "не менее 25% от чистой прибыли". Эта формулировка, гарантируя акционерам минимальный уровень выплат, оставляет возможность выплачивать и более 25% от чистой прибыли, если у компании есть такая возможность. Dividend yield у нас достаточно высокий - 3-5%.
- Выступая на сочинском форуме, вы попросили чиновников побыстрее определиться с новыми формами поддержки, потому что в процессе их длительного обсуждения начинают буксовать действующие меры...
- Сегодня есть традиционные меры поддержки. Есть и новые инициативы, которые сейчас дорабатываются. Мы в процессе очень внимательной дискуссии. Сейчас идет работа - как сделать эти меры поддержки более доступными, более понятными для широкого круга получателей этой поддержки. Но в то же время необходимо, чтобы они соответствовали международным обязательствам РФ. В этой работе мы будем участвовать.
И параллельно идут инициативы Минфина. Этот проект (закона о защите и поощрении капиталовложений и развитии инвестиционной деятельности в РФ - ИФ) уже на выходе и дорабатывается в диалоге с бизнесом: РСПП принимает в этом активное участие. Надеюсь, в ближайшее время правительство проведет все согласования, и законопроект будет внесен в Госдуму на рассмотрение.
