— Сама по себе работа обменников не изменилась — из-за действующего до 1 июля будущего года переходного периода. При этом внимание со стороны государственных структур к рынку значительно повысилось.
Сейчас в большей степени меняется работа регулирующих ведомств: ему предстоит контролировать рынок, выявлять незаконное обращение цифровой валюты, разрабатывать нормы и следить за их исполнением. Речь идет не только о Банке России, но и о правоохранительных органах — МВД и ФСБ, причем во всех регионах, где работают обменники.
Сам рынок новых услуг пока не сформировал, но обменники уже определяются со своим статусом после 1 июля. Условно :
— Мы не знаем, сколько обменников на самом деле работает в России. Такой подсчет практически никто не вел: они не обязаны регистрироваться, а многие работают без юридического лица. Поэтому невозможно достоверно определить ни общее количество, ни то, сколько продолжит работу после 1 июля.
Очевидно, что часть обменников закроется. В частности, из легального поля уйдут онлайн-платформы, построенные исключительно на : с ними не смогут работать ни клиенты, ни b2b-участники рынка.
При этом впервые появятся легальные криптообменники, работающие по требованиям закона, использующие банковские продукты и платежные инструменты, ведущие необходимую отчетность. Отдельный вопрос — операции с наличными: сейчас ЦБ занимает строгую позицию и запрещает такие расчеты, но если в дальнейшем они будут разрешены, то вероятно, только для участников реестра ЦБ, состоящих в .
Еще одно важное изменение — возможность проводить трансграничные расчеты с использованием криптовалюты. Это способно повысить интерес к таким операциям со стороны импортеров и экспортеров, которые смогут выстраивать криптовалютные расчеты с иностранными контрагентами в рамках легального госрегулирования.
— Ассоциация — обязательный подготовительный этап для создания СРО. Чтобы получить статус саморегулируемой организации, необходимо зарегистрировать через Минюст некоммерческую организацию в форме ассоциации, сформировать документацию, привлечь специалистов с соответствующим опытом. Далее внутренние документы ассоциации приводятся в соответствие с требованиями законодательства, а сама СРО проходит отдельную регистрацию через Минюст.
Уже на стадии ассоциации мы принимаем заявки от потенциальных участников СРО. 1 сентября провели учредительный съезд, на котором избрали совет директоров ассоциации, а меня — ее генеральным директором. Из 150 участников примерно 90% — представители действующих в России обменников. Более 70% участников, то есть около 100 компаний, выразили желание вступить в СРО. Инициатива создания СРО идет непосредственно от рынка. Обменники до сих пор нигде системно не объединены, а после появления информации о новом законе мы получили от них большое количество обращений.
Объединение участников рынка особенно актуально благодаря новому закону и будущему большому количеству подзаконных актов, дополнительных мер со стороны Росфинмониторинга, Минфина и ЦБ. СРО позволит рынку сформировать единую позицию и выстроить конструктивный прозрачный диалог с Банком России.
— Я считаю, что на первом этапе конкуренции здесь не будет, и вряд ли она появится в ближайшие несколько лет.
Клиент криптообменника и клиент банка — с разными ожиданиями и привычками. Поэтому те, кто сегодня пользуется обменниками, вряд ли сразу перейдут в банковский сектор только из-за появления новых решений регуляторов.
В перспективе конкуренция возможна. Обменники смогут объединяться, в том числе через СРО, создавать собственные продукты и быстрее адаптироваться к изменениям рынка. Банки — более крупные и сложные структуры, поэтому их процессы запуска новых продуктов могут занимать больше времени. Это позволит обменникам сохранить свою нишу.
— Дата здесь достаточно простая: с момента включения обменника в реестр Банка России он получает легальный статус и становится поднадзорным.
С этого момента все требования закона: вести отчетность, обмениваться информацией с государственными органами, обеспечивать валютный и иной контроль, проводить цифровой анализ, соблюдать требования к противодействию легализации доходов, полученных преступным путём, и финансированию терроризма.
Отдельной даты, после которой эти обязанности начинают действовать, нет. Если обменник не включен в реестр, после 1 июля будущего года он не сможет осуществлять деятельность. Если включен — он должен полностью соответствовать требованиям закона и обеспечивать их исполнение в рамках деятельности, указанной в реестре.
— Угрозы санкций касаются не только криптовалютного рынка — они распространяются на весь финансовый рынок России. Поэтому для крипторынка здесь нет принципиально нового риска, а последствия санкционного давления уже можно оценивать.
Что касается Tether, я уже неоднократно говорил, что проблема заключается не в российском законодательстве. Основной и ролью эмитента на мировом рынке.
Поэтому речь идет не столько о конкретном законе, сколько о зависимости рынка от глобальных централизованных инфраструктур. Один из возможных способов снизить риск — диверсифицировать такую зависимость. Некоторые страны уже идут в этом направлении.
Российское законодательство, в свою очередь, создает возможность работать с различными инструментами и выстраивать такую модель. Поэтому в этом смысле новые правила дают рынку дополнительные возможности для снижения зависимости от отдельных глобальных участников.
— Законом прямо предусмотрено, что российский резидент может работать в зарубежном контуре при соблюдении установленных требований и уведомлении налоговой службы.
Например, открывая банковские счета или криптокошельки на иностранных биржах, российский резидент — неквалифицированный инвестор — не подпадает под те же лимиты, которые действуют при работе с крипт
